Александр Мельников, депутат Законодательного Собрания Омской области:
– Министр иностранных дел тоже человек, тем более мужчина, тем более «российского розлива». Такая реакция у нас в менталитете заложена. Даже у дипломатов есть пределы выдержки. Если бы меня так же «достали», не исключаю, что моя реакция была бы по меньшей мере похожей.
Олег Рыбалко, председатель регионального отделения партии «Справедливая Россия»:
– Я бы не допустил такого хамства. Но и Сергея Лаврова хамом не считаю, по всей видимости, министры не смогли найти точки соприкосновения. Когда нет достойной аргументации, люди часто руководствуются минутной слабостью. Особенно это свойственно русскому человеку – при отсутствии аргументов использовать брань.
Игорь Матвеев, адвокат:
– Наш стратегический и ближайший партнер – это Китай, а Америка и Великобритания могут отправляться, куда им указали. Россию, как и многие страны, они пытаются нанять в качестве дворового лакея: чего-нибудь поднести или подтереть. Вот так у них в «развитом Западе» строятся отношения. Отсюда и такая реакция Лаврова.
Алексей Степуро, директор Омского филиала ОАО «УРСА Банк»:
– Сомневаюсь, что такое могло быть. Господин Лавров вообще не похож на человека, который кого-то посылает по матушке. Вопросы, которые обсуждают в дипломатических кругах такого уровня, – это не проблемы торговли семечками. Люди, занимающиеся высокой международной политикой, исключительно осторожны в словах, поскольку они могут иметь далеко идущие последствия. На этой арене рядиться под простой народ нет надобности.
Александр Минкин, обозреватель «Московского комсомольца»:
– Я? Почему нет? Будь это хоть премьер-министр Великобритании, если он произнесет что-то оскорбительное (даже в вежливой форме), я отвечу. Причем так, что он меня поймет. А если не поймет словами, объясню жестами.
Владимир Гнусин, вице-спикер Горсовета:
– Если бы я присутствовал при этом разговоре, то посоветовал бы Лаврову загнуть и побольше!
Леонид Лысак, депутат Общественного городского совета:
– Даже не знаю, к западным партнерам я отношусь осторожно. Нужно попасть в ситуацию, в которой оказался Сергей Лавров, чтобы это узнать.
Александр Кравец, секретарь Омского обкома КПРФ:
– Для дипломата это, конечно, нонсенс, но по сути давно пора.
Владимир Гаврилов, предприниматель, депутат Горсовета:
– Конечно. Когда с другой переговорной стороны включают дурака, то это нормальный ответ.
Сергей Круглов, генеральный директор ОАО «Омский аэропорт»:
– Если бы меня достали до такой степени, что надо послать, то послал бы. Наверное, Лаврова достали.
Иван Меняйлов, предприниматель:
– Да. Если человек не понимает простых вещей, то это самый доходчивый способ ему объяснить. Впрочем, и последний.
Валерий Кокорин, генеральный директор строительной компании «АСК»:
– Нет, и думаю, что наш дипломат этого не допустил бы. Хотя у нас – строителей – бывает мат, даже на планерках, но мы с этим боремся.
Андрей Стрелец, председатель совета директоров компании «Омсквинпром»:
– Наверное, нет. Я не смог бы нецензурно выразиться по отношению к английскому министру.
Геннадий Геринг, ректор ОмГУ:
– Разумеется, нет! И думаю, что в данном случае английская газета явно приврала.
Анна Хвойцева, руководитель молодежного крыла омского отделения партии «Аграрная партия России»:
– Нет, конечно! Это же неэтично. Наши руководители слишком часто публично ругаются на телевидении, а на них же смотрят люди по всей стране. Я считаю, что такой чиновник, как Лавров, должен быть более сдержанным. Дипломат мог бы подобрать другие слова.
Валерий Райс, генеральный директор агентства недвижимости «Авеста-Риэлт»:
– Я бы никогда этого не сделал – надо уметь контролировать свои эмоции. Не знаю, как Лавров сказал, но в последние два года замечаю, что наши высокопоставленные государственные чиновники стали часто допускать в своих речах неприемлемые слова.
Илья Иванов, руководитель группы предприятий «Омь-Инвест»:
– Во-первых, я не верю газетной «утке», что министр иностранных дел России Сергей Лавров послал британского коллегу. Во-вторых, русский язык, в отличие от английского, достаточно богат. И позволяет сформулировать любые мысли без бранных выражений. Я бы так и сделал, выразился культурно.
Маргарита Ниязова, заместитель председателя «Омского Молодежного Яблока»:
– Разумеется, такое непозволительно. Такие речи нашего министра иностранных дел являются отражением всей нашей политики, отражением сущности России как государства. Даже если английский министр его и вынудил, то он мог бы сдержаться, он же не лавочник.
Ян Зелинский, лидер омского регионального отделения партии ЛДПР:
– При необходимости да. Дело здесь зависит от ситуации: если бы зарубежный министр некорректно высказывался в наш адрес, я бы, пожалуй, не стал ограничивать себя в выражениях.
Борис Сахнов, заместитель генерального директора «Полет и К»:
– Любой человек, находясь в определенном эмоциональном состоянии, может нецензурно выразиться. Однако английского дипломата послать я скорее всего не смог бы.
Альберт Каримов, академик Российской Академии архитектуры и строительных наук:
– Мог, конечно! Таков мой характер, я часто руководствуюсь эмоциями, а не дипломатией. Поэтому, наверное, мне и не удалось достичь высших карьерных высот.
Леонид Янковский, полковник милиции в отставке:
– Нет. По фактам считаю, в сложившейся ситуации Россия права. Однако для дипломата недопустимо применение нецензурных выражений при ведении переговоров.
Олег Даутов, генеральный директор ООО «Электротехника и Автоматика»:
– Я не такой человек, который смог бы таким образом общаться. Но иногда, когда общаешься с подлецами, по-другому нельзя. Здесь возникает вопрос: «Подлец или не подлец этот Дэвид Милибэнд?» А уж кто это сказал, Лавров или другой человек, неважно.
Виктор Жарков, президент группы компаний «АвтоКам»:
– Да нет, конечно! Есть же определенная культура общения. А использование дворового языка тем более неуместно в международных отношениях.
