Алексей Сабельфельд: "Было мало надежды, что Конституционный суд нас поддержит"

- Эта история началась в 2006 г. Тогда межрайонная инспекция №2 города Тара проверила нашу компанию и обвинила в том, что мы прогоняли деньги через сомнительные организации, уменьшая тем самым налог на прибыль и пряча НДС. Это было абсурдом. Мы фирм-однодневок не создавали, работали с нашими партнерами, покупали у них стройматериалы и уж точно были не виноваты, что те перестали платить налоги. Однако в налоговой инспекции не придумали ничего лучше, как взыскать недоплаченные в бюджет другими деньги с нас.
- И какая была сумма?
- Более 4 млн. - сами налоги, с пенями и штрафами сумма и вовсе зашкаливала за 6 млн. Платить по чужим счетам мы не собирались и обратились в арбитражный суд. Выиграли его, налоговая подала на апелляцию, а затем и на кассацию. И Восьмой арбитражный апелляционный суд Омской области, и Федеральный арбитражный суд Западно-Сибирского округа оставил решение коллег в силе. Таким образом, налоговая не доказала обоснованность своих претензий. Можно было бы на этом успокоиться, расстаться друзьями и продолжать работать. Но налоговая в России выше суда.
- Что было дальше?
- А дальше УФНС по Омской области организовало "работу над ошибками" и в порядке контроля над нижестоящей инспекцией провело повторную проверку нашего предприятия. После этого сумма, которую "Варм" якобы должен заплатить в казну, немного уменьшилась за счет того, что областная налоговая признала часть понесенных "Вармом" затрат (уменьшив налог на прибыль). Тем не менее с пенями и штрафами сумма составила около 5 млн. рублей. Пока нас повторно проверяли, мы оспаривали сам факт повторной налоговой проверки. Ведь есть уже одно решение суда. Все три суда мы проиграли, суды побоялись поддержать нас и признать абсурдность некоторых пунктов 89 статьи Налогового Кодекса "Выездная налоговая проверка". Эта статья позволяла мытарям повторно проверять предприятия, даже если решение по налоговому спору уже вынесено в суде. Третье наше обращение в арбитражный, апелляционный и кассационный суды было связано с обжалованием уже самого решения, которое вынесла областная налоговая инспекция. Напомню, по этому решению я должен был отдать порядка 5 млн. рублей. В этот раз мы опять выиграли два суда в Омске и один в Тюмени, то есть платить нам ничего не нужно было.
- Но вы решили не останавливаться?
- Да, потому что если доводить ситуацию до абсурда, то нас теперь уже могла проверить ФНС РФ в рамках надзора над Омской областной налоговой. Мы могли столкнуться с бесконечными многогодовыми проверками. При этом судебные решения все время оставались в стороне, как будто их и не было. Мы обратились в Конституционный суд, чтобы оспорить законность нескольких положений злополучной статьи.
- Решение Конституционного суда было неожиданным?
- Да. Сам факт, что Конституционный суд принял дело к рассмотрению, уже стал нашей маленькой победой. После первого заседания, которое состоялось 3 февраля, нашу позицию поддержала только главный советник комитета по конституционному законодательству Совета Федерации Елена Виноградова. Другие представители в Конституционном суде от Госдумы, Президента РФ, Российской налоговой инспекции, по моему мнению, скептически отнеслись к самому факту рассмотрения этого дела. Однако суд изменил злополучную статью НК.
- Каковы ваши судебные издержки?
- Они небольшие. Я понимаю, что какому-нибудь московскому юристу я заплатил бы за это дело 1-1,5 млн. рублей. Комиссия только по одному выигранному суду могла доходить до 100-150 тысяч рублей. Мы работаем с группой компаний ЗАО "Правовые технологии" и коллегией адвокатов "Бизнес и право", сотрудником которой является Антон Мотос. Все издержки с гонораром юристу, перелетами и командировочными составили около полумиллиона рублей. Мотос проявил принципиальность и работал не ради гонораров, а ради того, чтобы изменить несправедливую статью, которая противоречит Конституции РФ.
- Ваша фирма попадала в прессу и раньше. Несколько лет назад по вашему обращению в правоохранительные органы на скамье подсудимых оказались две чиновницы министерства здравоохранения Омской области за вымогательство взятки. Вы принципиально всегда отстаиваете свои права?
- Чиновницы хотели, чтобы мы за победу в тендере с каждого транша из облбюджета передавали им 10%. Не хотел поощрять коррупцию и работать в убыток, так как рентабельность бюджетных проектов - 3-5%.