Главнокомандующему никто не пишет

Инициативы коммунистов в последнем созыве омского Заксобрания никогда не принимались. (Для единороссов это дело чести - авт.) Тем более такую инициативу, как обращение к президенту страны, поскольку партия "Единая Россия", как известно, считает этого президента своим, больше чем чьим бы то ни было. Впрочем, иногда бывают проблески, и отдельные депутаты-единороссы голосуют за предложения фракции КПРФ. Несколько раз коммунист Леонид Михайленко предлагал увеличить число депутатов, работающих в омском ЗС на постоянной основе, и в итоге заручился поддержкой трех анонимных единороссов. В другой раз рассматривалась поправка фракции КПРФ (об исключении из сфер, подлежащих бюджетному субсидированию, телерадиовещания, межнациональных и межконфессиональных отношений), и ее поддержали 10 депутатов (из них 6 коммунистов), остальные голосовали принципиально против. Однако на последнем заседании коммунисты в третий раз за год предложили отправить письмо Дмитрию Медведеву с просьбой сохранить омский военный госпиталь и две поликлиники. За инициативу проголосовали снова 10 депутатов (6 - фракции КПРФ), еще 25 единороссов не ­голосовали ­вообще. У них не было для этого сил. Они не могли, как принято говорить в СМИ, ни подтвердить, ни опровергнуть.
И в этом смысле можно сказать, что моральная победа в этот день была на стороне коммунистов.
Позже в кулуарах говорили, что скорее всего медики-депутаты поддержали их.
Лидер фракции КПРФ Андрей Алехин перед этим рассказал, что депутаты Госдумы Олег Смолин и Олег Денисенко сделали запрос в минобороны.
- Более циничных ответов я давно не встречал... - сказал г-н Алехин.
В ответах сообщалось, что земельные участки, занимаемые медучреждениями в Омске, будут реализованы в интересах минобороны и что уже заключены договоры с другими лечебными учреждениями Омской области на оказание помощи военнослужащим.
- А вы гарантируете правдивость ответов? - поднял брови спикер Заксобрания Владимир Варнавский, - информация, которая сегодня дана депутатам Госдумы, о том, что заключены договоры с нашими медучреждениями на обслуживание военных, - это полная ложь! Понимаешь, в чем вопрос... Коня надо бояться сзади, козла - спереди, а лихого человека - со всех сторон.
- Я благодарен вам за вашу оценку, - заулыбался г-н Алехин, - министр обороны у нас лихой парень на самом деле.
- Я не называю никого поименно, - притормозил г-н Варнавский. Он также рассказал о том, что есть два пути решения проблемы - "бумажный" и "рабочий".
- Мы выбрали рабочий, - пояснил спикер, - переговоры ведет губернатор.
- Я прошу депутатов поддержать обращение к президенту. Я думаю, оно не помешает. К сожалению, операция, которую провел Владимир Алексеевич с Леонидом Константиновичем (Полежаевым - авт.) в отношении министра обороны Грачева, вряд ли сработает с Сердюковым, - сдерживая смех, сказал г-н Алехин.
Имелась в виду история, однажды рассказанная г-ном Варнавским, о том, как он и г-н Полежаев ради сохранения в Омске училища имени Фрунзе (ныне Кадетский корпус - авт.) ловили Павла Грачева в кремлевском туалете.
- Ну видишь, сейчас мы в кремлевских сортирах реже бываем... - как мне показалось, с грустью сказал Владимир Варнавский. (Сколько можно было бы вопросов решить за раз! - авт.)
Депутат Александр Мельников рассказал, что есть целая группа чиновников, которая хочет нажиться на военном имуществе.
- Мы проиграем, если не объединим усилия... - заметил он.
- Когда на лбу сидит большая муха, необязательно бить ее кувалдой! - г-н Варнавский был в этот день просто неподражаем в деле рождения метафор.
Однако под давлением напора коммунистов (выступили четыре человека из их фракции) складывалось впечатление, что эти несчастные поликлиники с госпиталем как раз и являются той самой мухой, над которой минобороны уже занесло свою кувалду и теперь собирается размозжить ее вместе с лицом нашей области.
За сохранение, по крайней мере, депутатского лица выступил коммунист Леонид Михайленко.
- Может случится так, что все уже решится, и мы (депутатский корпус - авт.) будем жалеть, что остались в стороне.
- Может случиться... - согласился Владимир Варнавский, - и от нас это не будет зависеть.
Чувствовалась в этом какая-то обреченность.